Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных

Je deviens moi

  • ↓
  • ↑
  • ⇑
 
21:14 

- Что бы вы хотели делать? Чего добиться в жизни?
- Хотел бы повидать Стамбул, Порт-Саид, Найроби, Будапешт. Написать книгу. Упасть со скалы, но на полдороги зацепиться за дерево. Хочу, чтобы где-нибудь в Марокко в меня три раза выстрелили в темном переулке. Хочу любить прекрасную женщину.
(Р.Брэдбери "Вино из одуванчиков")

***
Коллоквиум у магистров по автоматической обработке звучащей речи. Обсуждаются всякие сложные вещи, половина аудитории дремлет, преподаватели старательно пытаются вникнуть, экспертная комиссия делает вид, что вникает, но видно, что все эти мел-кепстральные преобразования им порядочно надоели. Магистрантка Ксения рассказывает об автоматических системах обучения слабослышащих звучащему языку. Ксения - билингв, переводчик (жестовый/звучащий русский). Стойкая-строгая-серьезная О.Ф. в какой-то момент теряет все свои академически выверенные интонации и так по-простому, как экспедиционная бабушка, спрашивает: "А что, Ксения, таких детей в интернатах много, да?"

Внутри меня что-то смягчается, меня отпускает, когда за всеми этими людьми-учебниками я вижу просто людей...

16:35 

Про спорт

Вот каждый раз думаешь, что именно сейчас находишься на пике своего развития и дальше едва ли будешь понимать больше и глубже. Но проходит пара лет - и удивляешься тому, как наивно можно было мыслить тогда. Может быть, поэтому я и пишу какие-то заметки. Самая ранняя сохранившаяся точка - дневник за второй класс.

Хочу написать про свой нынешний спорт и свое отношение к нему. Вообще у меня почти никогда не возникало желания заняться чем-то изящным, мягким, грациозным. Никогда в жизни у меня не было курсов танцев, художественной гимнастики, групповых фитнес-занятий (пару раз была из любопытства, но это не в счет). В спорте я укрепляю и раскрываю более жесткие черты: силу, агрессию, стойкость, может быть, ярость борьбы. Вот это вот мужское "я могу" мне страшно нравится. Физически нравится преодолевать себя и раздвигать собственные границы. Люблю ощущать себя сильной психологически и физически (а в жизни, что интересно, я скорее мягкая и застенчивая). Это удовольствие.

Классе, кажется, в 6 я поняла, что не могу отжаться от пола ни одного раза. Совсем-совсем, даже если очень стараться. Стало обидно, взяла саму себя на слабо, научилась. Потом было спортивное плавание с отличным тренером, соревнования, было тяжело, но получалось. В университете в команду не взяли, не хватило разряда (нужен первый, а у меня третий). Если бы знала, что так нужно, дотянула бы...

С первого курса занялась историческим фехтованием. Отличный спорт: нужно думать, нужна реакция, нужна сила. Идеальное сочетание. Но не сложилось с компанией и тренером: мне был интересен спорт, а не ролевые игры. Пришлось уйти, а денег на платную секцию тогда не нашлось.

В итоге пришла к банальному тренажерному залу, и пока это оптимальный вариант. Когда только начинала заниматься, боялась зайти на место, где лежат диски и гантели. Тренера у меня не было, начинать было неловко. И ведь там одни мужчины, они поднимают какие-то невероятные веса... В общем, поделав всякие бесполезные упражнения на тренажерах и привыкнув к обстановке, я в итоге пришла к свободным весам. Перечитала кучу туториалов по упражнениям, составила сама себе программу. Сначала удовольствие было сомнительное: вешаешь свои несчастные 10 кг с каждой стороны грифа, страдаешь с этим грифом, руки сами разжимаются, спина не держит. Но я попала в поток и страшно наслаждалась даже первыми тренировками. Сейчас я могу поднять вес больше своего, и это не бог весть какое достижение. Я просто дошла до комфортной границы, стала работать на эстетику тела, перестала наращивать веса. Тяжело, но посильно - этот педагогический принцип и в тренажерке отлично работает. Могла бы больше, но тут я вижу пока только две дорожки. Первая - фитнес-бикини - мне не нравится из-за необходимости дефилировать в купальнике. Не хочу публично раздеваться. Вторая - пауэрлифтинг - умеренно не подходит. С совсем тяжелыми весами мне неожиданно себя жалко. Жалко суставы, связки, глаза, в конце концов. Это работа на пределе, хорошая и достойная работа, которая мне бы, наверное, нравилась, но всё-таки жаль своего тела.
Пока такой достаточно умеренный режим только на руку, это идеально совмещается с рабочим графиком, не требует дополнительных ресурсов. А еще дает какую-то бытовую уверенность в себе: могу передвинуть что-то тяжелое, например. Пока наметила себе в качестве развития более продвинутую растяжку после силовых тренировок. Получается - пока что - отвратительно, есть над чем работать.

12:49 

Вчера я первый раз была донором крови. Хочу написать об этом, потому что сама убедилась, что ничего страшного в этом нет. Пару лет назад, когда волонтерские мысли занимали мою голову особенно сильно, я собиралась пойти и сдать - но так и не дошла. У меня было очень много оправданий: ведь я девочка, вешу немногим больше 50 кг, часто устаю - ну куда мне еще и кровь сдавать, если я и так от усталости еле на ногах держусь. Ко всему прочему, близкие меня отговаривали.
А позавчера мне попалось объявление о моей ровеснице, которая попала в аварию и нуждается в донорах. И я подумала: ну, не такая я уж слабая, и явных противопоказаний нет (и сколько можно уже жалеть себя), и утро как раз свободно.
В итоге самым страшным оказалось ожидание предварительного анализа: вдруг я всё-таки не такая уж крепкая, и нечем мне делиться. Всё остальное не так уж и неприятно. Процедура везде единая (я сдавала в Институте Склифосовского, все там милы и заботливы): сначала, еще дома, нужно съесть рекомендованный завтрак, на станции первым делом заполнить анкету о заболеваниях, поездках в Азию и татуировках, потом сдать кровь на анализ, пройти терапевта, выпить сладкого чая и, наконец, отдать 450 мл крови. Это вовсе не больно! Может, немножко неприятно от ощущения постороннего предмета в вене. Сразу после кроводачи чувствуешь себя как после бессонной ночи перед экзаменом: немножко качает и гудит, но жить можно. И греет душу, что вот всего 12 часов дня, а ты уже что-то полезное сделал. Качало и гудело, правда, весь день: нормально работать, конечно, нельзя, но лежать на диване и читать несложные книжки реально. Сегодня можно уже и учебники:)

После первого опыта у меня есть только одна мысль: а что ж я раньше-то не сдавала.

23:47 

Насколько же здорово, что в моей жизни был настоящий филологический факультет, много книг, много размышлений о языке, много разговоров с теми, кто страстно любит и книги, и язык. Одна из базовых моих потребностей (кажется, не только моих, а кого угодно вообще) - красота. В литературе передается или создается острая красота мира. Конечно, литература не только про это, но я сейчас так нуждаюсь именно в красоте, поэтому буду говорить о ней. Пережитый опыт нахлынувшей красоты мира, спрессованной, упакованной в страшно большие списки литературы, очень помогает жить. Это сродни моим экспедиционным переживаниям, когда я впервые увидела северное небо (мне было 18, и меня едва ли не все лето не отпускала мысль "под таким небом не может быть ничего плохого"). Вот это видение удивительно совершенной и прекрасной сущности дает силы жить, дает жажду жизни (представим яркое, огненное, как в "Подсолнухах" Ван Гога, как в начале "Чаконы" Витали).

Как же жаль, что у меня нет сейчас литературы в программе, что я читаю куда меньше, что виню себя за каждую художественную книжку (ведь в это время можно было учить программирование, например). Программирование - чудесный мощный инструмент, расширение моих возможностей, большая свобода для лингвистических идей, но это слишком стройно и слишком строго, а потому не так красиво. Мышление абстракциями - не вполне доступная мне радость; я могу это делать, но - увы - мне такие урезанные образы кажутся куцыми.

18:59 

Жизнеутверждающее из Линдгрен

И я охотно швыряла тогда все, что было под рукой. Я постановила для себя, что Леннарт всегда будет для меня на первом плане, а хлопоты по хозяйству — на втором. Ведь лето так коротко, а вечера так красивы! Темными дорогами бродили мы вдоль залива Юргордсбруннсвикен и смотрели, как августовская луна, словно большой сочный апельсин, поднимается над дубовыми рощами Юргордеиа. И я говорила себе, что эти странствия с Леннартом я буду вспоминать до девяноста лет. Мне ни в коем случае, когда настанет осень моих дней, не придется сказать: «Все лето напролет я занималась уборкой. Это было первое лето нашей жизни, а потом мы так состарились, а потом настал конец!»


---

Поэтому говорю тебе, сын мой, что земля — прекрасное место для того, чтобы жить на ней, а жизнь — дар, и никогда не верь тем, кто пытается сказать что-то другое! Правда, жизнь бывает порой тяжелой, я не стану скрывать это от тебя. На твою долю выпадут горести, ты будешь плакать. Быть может, наступят такие часы, когда тебе не захочется больше жить.
О, ты никогда не поймешь, каково мне знать об этом! Я отдала бы свою душу за тебя, но не могу отвести от тебя ни одну из бед, что тебя ожидают! И все-таки говорю тебе, дитя мое, земля — дом человека, и дом удивительный ! Пусть жизнь будет к тебе настолько справедливой, чтобы ты понял это. Да защитит тебя Бог, мой сын!


____

Я кинулась на него, словно ураган, но ничего не сказала. Я только поцеловала его и заставила станцевать со мной наш молчаливый танец радости. Мы всегда так танцуем, когда случается что-нибудь веселое и надо дать выход нашим чувствам. Леннарт называет это «тихим сумасшествием», и, возможно, так оно и есть, откуда я знаю!

22:24 

- Ибо вся наша жизнь - это только погоня за
счастьем,
но счастья так много, что нам его не унести.
Выйдешь за хлебом - а жизнь пронеслась:
"Это лето, Настя.
Сердце мое разрывается на куски".

14:13 

Раскалил закат на небе угли
И с размаха на реку обрушил.
И глядится в воду древний Углич
С темно-красной церковью-игрушкой…

…А игра была — не на свирели,
У крыльца толпой бояре стали.
«Покажи, царевич, ожерелье…»
И по горлу — с маху острой сталью…

Вот и все. Легенда или сказка…
От заката взгляды поднимите:
Виден в небе храм в багровой краске -
Жил да был на свете мальчик Митя…

Жил да был… Над Волгою затишье.
Не спеша звезда в закат упала…
…А за что во все века мальчишек -
Топорами, пулями, напалмом?!

Тонкий крест стоит под облаками,
Высоко стоит над светом белым.
Словно сам Господь развел руками,
Говоря: а что я мог поделать?

В.П. Крапивин, песня из "Выстрела с монитора"

21:59 

Очередные записки с полей зарубежной литературы

Но какой у неё голос! Точно голос души, некогда обитавшей в Эоловой арфе. ("Миддлмарч")

00:30 

Левин слушал слова, и они поражали его. «Как они догадались, что помощи, именно помощи? — думал он, вспоминая все свои недавние страхи и сомнения. — Что я знаю? Что я могу в этом страшном деле, — думал он, — без помощи? Именно помощи мне нужно теперь».

23:02 

Лучше башорга и КВН

Любительская лингвистика может приводить авторов к самым головокружительным выводам об истории народов, например, к таким, как «открытие» А. Т. Фоменко, что Россия и Ирландия — в прошлом одна и та же страна. Почему? Да потому, что по-английски Russia и Irish имеют один и тот же «костяк согласных»: Р–Ш. Свидетельство тождества этих двух стран, что и говорить, «неопровержимое». Но и оно далось автору не просто: пришлось искать общий «костяк согласных» не в русском языке и не в ирландском, а почему-то в английском. Да и Ирландия все-таки Ireland, а не Irish; но из Ireland не получается нужного «костяка согласных», так что уж пришлось взять Irish.


Из этих надписей следует, что Москва существовала не только до Рима, но именно по ее приказу этруски воздвигли этот город, назвав его в духе русских традиций <...> Миром. Другое дело, что слово Мир, написанное в русской традиции, согласно этрусским правилам следовало читать в обратном направлении, и он стал вычитываться, как Рим. В Риме, созданном этрусками, для которых родным был русский язык, а неким солдатским жаргоном — язык этрусский, следовательно, довольно долго звучала русская речь. И лишь много позже, когда в Рим стали переселяться латины, они, говоря по-русски, исказили его, приспособив под свою фонетику и грамматику.

Бразилия — это брез-или, то есть брег + ил (‘берег илистый’);

Венесуэла — это венец вел-икий (частью -икий нужно пренебречь);

16:35 

Зной кольцами обвивает город, словно сильная и бесплотная змея - свою жертву.

@музыка: Мельница "Невеста Полоза"

21:44 

«Mme Michel, elle a l'élégance du hérisson : à l'extérieur elle est bardée de piquants, une vraie forteresse, mais j'ai l'intuition qu'à l'intérieur, elle est aussi simplement raffinée que les hérissons, qui sont des petites bêtes faussement indolentes, farouchement solitaires et terriblement élégantes»

21:27 

Я не могу сказать, что люблю Саратов.
Но когда я возвращаюсь вечером, закатное солнце освещает поляну. Трава выглядит совсем золотистой, и через эту поляну протянута верёвка, на которой сушится детская одежда. Кричат ласточки, пахнет нагретым асфальтом. Через поляну вдоль верёвки идёт, чинно и неспешно переставляя лапы, большая белая кошка. Солнце заливает всё вокруг, шерсть кошки на спине становится в тон траве.

В этот момент я испытываю к городу чувство, сходное с нежностью.

01:01 

Я хочу написать степной аналог "Песни о Гайавате".

11:21 

Продолжаем записки о зарубежной литературе

Совершенное одиночество и беспрестанное созерцание природы вскоре привели меня в состояние, описать которое почти невозможно. Не имея на земле, так сказать, ни родича, ни друга, не изведав еще любви, я страдал от избытка жизненных сил. По временам лицо мое внезапно покрывалось румянцем, и я чувствовал, как из сердца моего по всему телу растекаются потоки пылающей лавы. Иногда мне случалось издавать невольные крики, а в ночи меня одинаково смущали и бдение и сны. Мне не хватало чего-то, чем, я мог бы наполнить бeздoннyю пустоту моего существования: я спускался в долину, я поднимался на гору, призывая к себе всей силой желания идеальный предмет будущей страстной любви. Я лобзал его, открывая уста свои ветру; голос его слышался мне в голосе потока. Этим воображаемым призраком становилось все -- даже звезды небесные, даже само жизненное начало Вселенной.

Франсуа Рене Шатобриан "Рене"

01:13 

Уильям Вордсворт


I dropped my pen; and listened to the Wind
That sang of trees up-torn and vessels tost -
A midnight harmony; and wholly lost
To the general sense of men by chains confined
Of business, care, or pleasure, or resigned
To timely sleep. Thought I, the impassioned strain,
Which, without aid of numbers, I sustain,
Like acceptation from the World will find.
Yet some with apprehensive car shall drink
A dirge devoutly breathed o'er sorrows past:
And to the attendant promise will give heed -
The prophecy, - like that of this wild blast,
Which, while it makes the heart with sadness shrink,
Tells also of bright calms that shall succeed.

x x x

Перевод Арк. Штейнберга


Я отложил перо; мне шквальный ветер пел
О бригах гибнущих, о буреломных чащах, -
Полуночный псалом, утраченный для спящих
Невольников забот и повседневных дел.
Помыслил я тогда: вот мой земной удел -
Внимать мелодии, без меры и созвучий,
Чтоб я ответствовал на вещий зов певучий
И страстным языком природы овладел.
Немногим явственен надгробный стон такой,
Звучащий набожно над горем и тоской
Давно минувших лет; но он, как буря эта,
Порывом яростным печаля сердце мне,
О наступающей пророчит тишине,
О легкой зыби волн в сиянии рассвета.

10:04 

Мой дневник опять грозится превратиться в тетрадку по зарубежке.

С грустью покинул Гейнрих отца и родной город. Он впервые понял, что значит разлука. Когда он представлял себе путешествие в мечтах, это не сопровождалось тем странным чувством, которое он испытывал теперь; впервые то, что составляло его мир, оторвалось от него, и его точно выкинуло на чужой берег. Бесконечно велика юношеская скорбь, когда впервые обнаруживается бренность того, что должно казаться неискушенной душе неразрывно связанным с самой сущностью бытия, столь же неизменным как оно. Подобно первому напоминанию о смерти, первая разлука остается навсегда памятной; после того, как она долго пугала, точно призрак в ночи, она становится, наконец, при падающей отзывчивости на событие дня, при возрастающем стремлении к твердому незыблемому миру, добрым вожатым и утешителем. Близость матери очень утешала юношу. Старый мир казался не окончательно утраченным, и он льнул к нему с удвоенной нежностью.

Новалис "Генрих фон Офтердинген"

08:49 

Из экспедиции 2013 года мы привезли несколько заговоров с прямым или непрямым обращением к зорям. Очень часто - всё-таки прямым, причем персонифицированным и поименным (утренняя заря Татьяна), причем с разделением сестёр-зорь на три категории (утреннняя, вечерняя, полночная)... Яркие, сочные, поэтичные образы. И представление полностью из языческой мифологии, это почти что Эос или Аврора, но развёрнутее и антропоморфнее, с людскими именами.
Это не какая-то там далёкая розоперстая Эос, а вполне понятная милая девушка, красная девица, швея, ткущая рассветное полотно.

Где-то есть симпатичная и стройная научная картина мира, где-то чистая и светлая христианская, а там, на Кенозере - древняя, живая, с какой-то сумасшедшей контаминацией народного православия и откровенного язычества . И это есть, и люди вправду могут видеть мир так.

@темы: записки юного фольклориста

01:11 

разговоры кулчедры

- Я устала. Я хочу мужа и троих детей.
- Двоих.
- Нет, у моего научрука - трое. И куча животных.
- Ага, у моего научрука тоже двое.
- А мой научрук - Задорнова с отрицательным количеством детей.

18:35 

- Что бы нам сделать с комнатой, что бы нам сделать с комнатой...
- Давайте шкаф поставим в углу...вот здесь стол подвинем
- Или кровать к потолку прикрутим
- А еще можно квартиру снять!
- А когда Таня уедет на стажировку, поставим там кресла и камин. Или ноутбук с видео про камин.
- Объявление можно повесить "Меняю соседку на кресло"!

@темы: разговоры кулчедры

главная